Силенд: крошечное государство на артиллерийской платформе.

В сочельник 1966 года отставной майор британской армии Пэдди Рой Бейтс отправился за 11 километров от побережья Англии в Северное море. Он тайком улизнул из своего дома посреди ночи, охваченный безумной идеей — безупречным подарком для своей супруги Джоан.

С помощью альпинистской «кошки» и верёвки Бейтс забрался на заброшенную артиллерийскую платформу, назвал её Силендом и решил, что отныне она принадлежит его жене.

Силенд едва ли назовёшь роскошным дворцом. Заброшенную башню Рафс-Тауэр построили в качестве одного из пять фортификационных сооружений, которые должны были защищать Темзу от немецких бомбардировщиков. Сама платформа размером с два теннисных корта и располагается на полых бетонных башнях высотой двадцать метров над уровнем моря.

В разгар войны на Рафс-Тауэре базировалось около сотни британских моряков, были размещены зенитные орудия, длина некоторых из них достигала свыше 4,5 метров. После окончания войны Королевский флот оставил платформу. Время шло, Рафс-Тауэр ветшала, напоминая о некогда существовавшей английской бдительности.

Британские чиновники, что предсказуемо, не одобрили захват платформы и потребовали от Роя немедленно отречься от притязаний на неё. Но Бейтс был не робкого десятка. В 15 лет он вступил в Интернациональные бригады, чтобы сражаться на стороне Республиканцев во время гражданской войны в Испании. Затем Рой записался в ряды британской армии и быстро дослужился до звания майора. Во время Второй мировой войны он побывал в Северной Африке, на Ближнем Востоке и в Италии. Был ранен взрывом гранаты, попал в плен к греческим фашистам после крушения истребителя, но ему удалось сбежать. В общем, жил на полную.

Первоначально Рой использовал Рафс-Тауэр в качестве пиратской радиостанции. В те времена BBC полностью захватили радиоэфир и крутили Beatles, Kinks, Rolling Stones, а также другие популярные группы только в позднее время суток — к великому разочарованию молодой аудитории. Несогласные с ними создавали незаконные радиостанции на судах и платформах, где могли включать любые композиции круглосуточно. Захватив Рафс-Тайэр, Рой основательно запасся консервированной говядиной, рисовым пудингом, мукой, скотчем и жил там, порой не возвращаясь на землю несколько месяцев.

После торжественного вручения Рой и Джоан вместе с друзьями отправились в паб. «Теперь у тебя есть свой собственный остров», — заявил Рой. Никто не мог понять, шутит ли он или нет.

«Жаль только, что на нём нет пальм, солнечного света и собственного флага», — ответила Джоан.

«А почему бы не сделать платформу своей собственной страной?», — предложил кто-то из друзей. Все рассмеялись и решили заказать ещё по бокальчику. Все, кроме Роя. Через несколько недель он объявил о создании нового государства — Силенда. Девизом страны стала фраза E Mare, Libertas — «Из моря. Свобода».

Появление самой крошечной в мире морской державы не могло пройти бесследно.

У княжества Силенд есть свой собственный паспорт, герб, флаг — красно-бело-чёрный; есть своя валюта — силендский доллар, на котором изображена Джоан. Недавно появились аккаунты в Facebook, в Twitter и YouTube.

И хотя вряд ли найдётся страна, которая признает существование Силенда, княжество на протяжении многих лет сумело отстоять свой суверенитет. Шесть раз или около того британское правительство и другие заинтересованные группы пытались захватить платформу, но у них ничего не вышло. Практически во всех случаях Бейтсы дали отпор: в ход шли предупредительный огонь из винтовок, бензиновые бомбы, на лодки захватчиков сбрасывали шлакоблоки, лестницы с ними скидывали в море.

Великая Британия некогда бывшая огромной империей, «которую не могли охватить лучи солнца», оказалась бессильна перед микрогосударством размером с бальный зал Букингемского дворца.

Сработал первый принцип суверенитета: способность страны обеспечивать соблюдение своих законов распространяется только на её границы. В мае 1968 года сын Роя, Майкл, выстрелил из пистолета 22 калибра по рабочим, обслуживающим расположенный неподалеку буй. Младший Бейтс утверждал, что это были всего лишь предупредительные выстрелы, так сказать напомнить о территориальном суверенитете Силенда. Никто не пострадал, но выходка отразилась на геополитическом статусе княжества.

Британское правительство вскоре предъявило Майклу обвинения в незаконном хранении огнестрельного оружия. Однако суд впоследствии постановил, что Бейтс действовал вне британской территории и юрисдикции, поэтому наказать его невозможно. Воодушевленный постановлением Рой позже заявил британскому чиновнику, что он может приказать убить кого угодно, если захочет, потому что «я — закон в Силенде».

Всего же за полвека на платформе проживало не больше 6 человек — друзья Бейтсов. Вместо артиллерийских орудий и вертолетов времён Второй мировой войны на Рафс-Тауэр установили ветряной генератор, который обеспечивал электричеством обогреватели в десяти помещениях Силенда. Ежемесячно катер привозил жителям чай, виски, шоколад и газеты. Сейчас же единственный житель Силенда — шестидесятилетний охранник Майкл Баррингтон.

Как бы абсурдно и причудливо это не выглядело, англичане отнеслись к Силенду крайне серьёзно. Недавно рассекреченные британские документы конца 60-х свидетельствуют о том, что княжество не давала покоя военным, которые опасались, что возле Англии появится «ещё одна Куба». Они всерьёз обсуждали планы по бомбардировке платформы, но в итоге отказались от этой затеи. За десятилетия своего существования Силенд повидал перевороты, захват заложников; на нём хотели устроить плавучее казино и цифровое хранилище. Его считали перспективным сервер-базой WikiLeaks и местом для воплощения множества технофантазий. Я должен был посетить Силенд.

С тех пор, как я начал писать материалы для книги «The Outlaw Ocean», которая выйдет в свет на этой неделе (статья за 15 августа 2019 года — прим. пер.), море взывало ко мне различными способами, но Силенд отличался от других фронтиров, которые мне довелось посетить. Затея потрясающая, как и её философские основы — чистой воды либертарианство, просочившееся через туманную структуру морского права и дипломатии. Мне очень хотелось попасть сюда.

Потребовалось несколько месяцев, уйма телефонных звонков, чтобы убедить Бейтсов дать мне разрешение посетить их княжество. Наконец, три года назад я побывал на платформе. Меня сопровождали сын и внук Роя Бейтса: Майкл (которому 64 года) и Джеймс (которому 29 лет).

Мы встретились в портовом городе Харидж незадолго до рассвета в холодный октябрьский день. Мужчины расположились в центре лодки, а я сзади, мы неслись по волнам. Невысокий, широкоплечий, бритоголовый Майкл напоминал бывшего хоккеиста. Джеймс наоборот был замкнутым, осторожно подбирал слова. Его же отец смело заявил: «Можешь написать о нас всё, что черт возьми пожелаешь! Какая нам разница?». Я подозревал какая.

В тот день море бушевало, трёхметровая лодка казалась скачущей лошадью. Часовая дорога зигзагом до Силенда оказалась настоящим родео. Мои органы ходили вверх и вниз; ноги дрожали от усталости. При таком ветре сложно разговаривать, поэтому я молчал.

Точка на горизонте увеличивалась, скоро можно было разглядеть бетонные столбы, растянувшееся пространство платформы и веб-адрес, написанный белыми жирными буквами. Когда мы приблизились к платформе, стало ясно, что лучшая защита княжества — это высота. У Силенда не было места для швартовки, причала или лестницы. Мы остановились возле одной из колонн, сверху появился кран.

Охранник Майкл Баррингтон, одетый в ярко-синий комбинезон, опустил трос с небольшим деревянным сиденьем, похожим на качели. Начался мучительный подъём под завывающим ветром. «Добро пожаловать», — Баррингтон попытался перекричать море. Платформа напоминала свалку: ряды пластиковых ящиков, сплетения проволоки, горы ржавого кирпича, окружавшие жужжащую ветряную турбину, казалось, готовую сломаться в любую минуту. Когда волны усиливались, вся конструкция стонала, как старый подвесной мост.

Баррингтон поднял Джеймса и Майкла, а лодку же оставил в подвешенном состоянии. «На всякий случай».

Майкл Бейтс отвёл меня на кухню, которая являлась по совместительству столицей правительства. Пока закипал чайник, мы наконец-то могли пообщаться. «Давайте сперва пройдём таможню», он бесстрастно посмотрел паспорт и хлопнул печатью. Я внимательно всматривался в его лицо, пытаясь понять, можно ли смеяться. Непохоже.

Я не вполне представлял, чего ожидать от визита в Силенд, хоть и перед приездом прочитал о богатой и причудливой истории морских микрогосударств. С тех пор, как в 1870 году вышла в свет книга Жюля Верна «Двадцать тысяч лье под водой», люди не прекращали мечтать о поселениях, размещенных над или под поверхностью моря.

Такие проекты зарождались на основе идей, что правительство является своего рода криптонитом, ослабляющим предпринимательство. Их идеологами (в первом десятилетии XXI века сюда входило довольно много интернет-магнатов) обычно были богатые люди, начитавшиеся Айн Рэнд и Томаса Гоббса. Они полагали, что технологиям под силу уменьшить роль правительства. Задуманные как самодостаточные автономные морские общины, эти города были частью либертарианской утопии, детской площадкой миллиардеров. Их назвали систейдами.

Многие пытались создать их, мало кому удалось это. В 1968 году американский миллионер Вернер Штифель затеял операцию «Атлантида» — создание плавучего микрогосударства в международных водах вблизи Багамских Островов. Он направил огромный корабль на место будущего государства. Однако ураган потопил судно.

В начале 1970-х магнат из Лас-Вегаса по имени Майкл Оливер отправил из Австралии баржи с песком на мелководные рифы возле островов Тонга, объявив о создании Республики Минерва. Водрузив флаг и поставив несколько охранников, миллионер заявил, что его микрогосударство свободно от «налогов, пособий, субсидий или любой формы экономического интервенционизма». Через нескольких месяцев правительство Тонга прислало войска и изгнало минерванов.

Некоторые из систейд-проектов просто не учитывали суровой реальности жизни в океане. Да, море предоставляет огромное количество источников энергии: ветер, волны и солнце. Однако строительство самих конструкции, которые смогут выдержать неблагоприятные погодные условия и коррозионную морскую воду, является сложной и дорогостоящей задачей. Коммуникации также создают проблемы: спутниковая связь, прокладка оптоволокна или использование лазерных технологий и микроволн привязывают систейд к земле и обходятся слишком дорого. Да и само море разрушительно: волны порой могут достигать высоты 33 метров —почти вдвое больше, чем высота Силенда.

Кроме того, управление страной, даже маленькой, требует денег. Кто будет оказывать основные услуги, обычно предоставляемые финансируемым за счет налогов правительством, от которых пытались бежать либертарианцы, живущие в море? Защита территорий от пиратов также влетит в копеечку.

В 2008 году визионеры систейдинга объединились вокруг некоммерческой организации под названием Институт систейдинга. Организацию основал Патрик Фридман, разработчик программного обеспечения Google и внук Милтона Фридмана, лауреата Нобелевской премии по экономике, наиболее известного своими идеями об ограничении роли правительства. Основным спонсором института был Питер Тиль, венчурный миллиардер и соучредитель PayPal, который пожертвовал организации и связанным с ней проектам более 1,25 млн. долларов.

Тиль также пообещал вложить средства в предприятие под названием Blueseed. Его цель заключалась в том, чтобы решить острую проблему, затрагивающую многие компании Силиконовой долины: как привлечь разработчиков и предпринимателей, у которых нет разрешения на работу в Америке. Компания Blueseed предложила поставить на якорь в международных водах у побережья Северной Калифорнии жилую баржу. Проект не смог собрать денег, поэтому остался только на бумаге.

На протяжении многих лет угрозы в адрес Силенда исходили не только от правительств, но и от тех, кого Бейтсы считали своими друзьями.

В первые годы существования княжества нападения устраивали ди-джеи пиратских радиостанций. Например, Ронан О’Рахилли, управлявший Radio Carolineа, пытался штурмовать платформу в 1967 году. Рой тогда использовал бензиновые бомбы, чтобы защитить своё государство. Затем платформа привлекла внимание различных инвесторов. Майкл поведал пару историй за чашкой чая.

В 1977 году консорциум немецких и голландских юристов и торговцев бриллиантами предложили Рою построить казино на платформе. В 1978 году Бейтс поехал в Зальцбург на переговоры, оставив Силенд под присмотром Майкла, которому тогда исполнилось 20 лет. В Австрии Роя тепло встретили, однако совещание перенесли. Когда никто не явился на вторую встречу, Бейтс заподозрил неладное и начал звонить рыбакам, которые ходили недалеко от Силенда.

Неожиданно один из шкиперов рассказал Рою, что видел большой вертолет, который направлялся в сторону Силенда. Правитель княжества поспешил обратно в Англию и узнал, что произошёл переворот.

Десятого августа 1978 года в одиннадцать часов утра Майкл услышал приближающийся рокот мотора. Взяв пистолет времён Второй мировой войны, он бросился наверх, чтобы увидеть вертолет, зависающий над платформой. Машине мешала приземлиться десятиметровая мачта, которую предусмотрительно возвели именно для этого. Через пару минут несколько человек спустились по тросу и стояли на платформе.

Майкл сразу узнал акцент и глубокий голос одного из них: он ранее слышал его по телефону, когда отец планировал встречу в Австрию. Мужчина показал фальшивую телеграмму и заявил, что Рой перенёс деловую встречу в Силенд. Майкл был настроен скептически, но ему ничего не оставалось, кроме как принять чужаков. Делегация направилась на кухню. Стоило Майкл отвернуться, чтобы налить виски одному из гостей, мужчины выскользнули из комнаты и заперли его.

Спустя многие годы рассекреченные британские записи и другие данные, опубликованные в числе «Панамских документов», доказывают, что человек, организовавший путч, вероятно, был немецким торговцем алмазами Александром Готфридом Ахенбахом, который обратился к семье Бейтс в начале 70-х с идеей значительного расширения княжества. Его план предусматривал строительство казино, зелёных зон, магазина беспошлинной торговли, банка, почтового отделения, гостиницы, ресторана и апартаментов, которые примыкали бы к платформе Силенда. В 1975 году Ахенбаха даже назначали министром иностранных дел княжества, после чего он прибыл на платформу, чтобы помочь составить её конституцию. Затем алмазный магнат подал ходатайство об отказе от настоящего гражданства, требуя признания его силендцем. Немецкие власти отклонили его требование.

Ахенбах направил конституцию в 150 стран, а также в ООН с просьбой о её ратификации. Но международные лидеры оставались скептически настроенными. Кёльнский суд постановил, что платформа не является частью земной поверхности, её небольшая территория не представляет собой пространство, которое годится для жизни в долгосрочной перспективе.

Ахенбах обвинил семью Бейтсов в недостаточной приверженности делу. Он решил ускорить процесс. Магнат нанял вертолет и послал своего адвоката Гернота Пютца и еще двух голландцев, чтобы захватить платформу. Эти же люди удерживали Майкла в заложниках в течение нескольких дней, прежде чем посадить его на рыболовное судно, направлявшееся в Нидерланды, где его в конечном итоге передали родителям.

Рой был вне себя от ярости и намеревался вернуть княжество. Он подключил своего друга и вертолетчика Джона Крюдсону, который работал над некоторыми ранними фильмами о Джеймсе Бонде. Незадолго до рассвета Рой, Майкл и Джон приблизились к платформе с подветренной стороны, чтобы уменьшить шум лопастей. Однако при высадке с вертолёта Майкл сильно ударился о палубу, ружьё выстрелило, едва не ранив его отца. «Оккупанты» немедленно сдались. Основатели Силенда вернули себе своё княжество.

Рой освободил всех людей, за исключением Пютца, которого он обвинил в измене и запер в камере Силенда на два месяца. «Тюремное заключение Пютца — это акт пиратства, совершенный в открытом море на глазах у британских граждан», — обратились немецкие чиновники к британскому правительству. В отдельной переписке голландский офицер по иностранным делам предложил решение проблемы: «Есть ли шанс, что британское патрульное судно «пройдет мимо» форта и подберёт его [Пютца]»? Британское правительство ответило, что не обладает такой юрисдикцией.

Западная Германия направила дипломата в Силенд для переговоров об освобождении Пютца, что Майкл охарактеризовал как фактическое признание суверенитета княжества. Всё это время Пютц мыл туалеты и готовил кофе. В конечном итоге его освободили из тюрьмы после уплаты штрафа в размере 75 000 немецких марок (37 500 долларов).

Забавно другое, несколько лет спустя, когда в 1980 году, Рой отправился в Нидерланды, чтобы предъявить обвинения одному из голландцев, его адвокатом был Пютц. Некоторые эксперты посчитали, что переворот был просто продуманным сценарием, чтобы Силенд получил огласку и юридическое признание его суверенитета. Я спросил Майкла Бейтса, что он думает на этот счёт.

«Есть фотодоказательства. Всё происходило на самом деле»

Я не торопился с вопросами, надеясь, что Майкл расскажет, как Пютц из врага стал другом. Однако он молчал.

Майкл также отклонил моё предположение, что сработал закон кармы. «У воров нет чести, не так ли?».

«Мы правим Силендом. Здесь нет беззакония», — настаивал Майкл.

Что же поделать, семья Бейтсов до сих пор остается единственными официальными историками Силенда; и за эти годы они научились рассказывать свою версию.

Майкл полагал, что отныне с переворотами покончено. Но в 1997 году позвонили из ФБР. Бюро хотело поговорить об убийстве модельера Джанни Версаче на лестнице его дома в Майами. «Мы привыкли получать странные телефонные звонки, связанные с Силендом», — объяснил Майкл. Убийца модельера, Эндрю Кьюненен, покончил с собой через несколько дней после убийства модельера в другом плавучем доме. В ходе расследования его владелец Торстен Рейнек представил следователям поддельные паспорта Силенда. Рейнек также разъезжал по Лос-Анджелесу на Мерседесе с «дипломатическими номерами» Силенда.

Майкл сообщил ФБР, что Силенд выдал около 300 паспортов людям, которых лично проверили. Федералы, в свою очередь, показали Майклу веб-сайт, которым якобы управляет «беглое правительство» Силенда. Здесь продавали паспорта, хвастались силендской диаспорой по всему миру. Сыщики отследили паспорта и веб-сайт до Испании, где нашли нечто неожиданное: Ахенбах готовил очередной переворот. Майкл уверял (не очень убедительно), что он ничего не знает об этих многочисленных мошеннических схемах.

Но на этом всё не закончилось. В том же году Гражданская гвардия Испании арестовала владельца ночного клуба Франциско Трухильо за продажу разбавленного бензина с заправки в Мадриде. Обвиняемый заявил, что является гражданином Силенда, предъявил паспорт и потребовал избавить его от судебного преследования. Обратившись в полицию, министерство иностранных дел Испании заявило, что такой страны не существует. Затем полиция провела обыск в трёх офисах Силенда в Мадриде и магазине, в котором были изготовлены номерные знаки. Они обнаружили, что Трухильо якобы занимает должность полковника Силенда, работал над созданием военной формы для себя и других «офицеров» княжества.

Испанская полиция также обнаружила, что «правительство Силенда в изгнании» продало тысячи паспортов княжества с печатью Бейтсов по всему миру: от Восточной Европы до Африки. Только в одном Гонконге продали около 4000 экземпляров, в те времена многие жители пытались получить иностранные документы прежде, чем Великобритания передаст свою колонию Китаю. Силендские паспорта находили у марокканских контрабандистов гашиша и российских торговцев оружием. По данным испанской полиции, некоторые из этих преступников пытались заключить сделку на 50 миллионов долларов, чтобы отправить из России в Судан 50 танков, 10 истребителей МиГ-23 и другие боевые самолеты, артиллерию и бронетехнику. Журнал The Los Angeles Times пишет, что около 80 человек обвинили в мошенничестве, фальсификации документов и притворстве в качестве иностранных высокопоставленных лиц.

Я спросил Майкла, не считал ли он, что эти сделки являются частью более крупной схемы по захвату Силенда. Может и так, сказал он. «Но скорее всего они просто хотели заработать денег на нашей идее».

Переговоры относительно сделок были организованы компанией под названием Sealand Trade Development Authority Limited. Недавно опубликованные «панамские документы» содержали доказательства, что эта компания основана юридической фирмой Mossack Fonseca, которая связана с глобальной сетью по отмыванию денег и другими преступлениями.

Немецкое и испанское «правительства в изгнании» были вымышленными дубликатами сомнительного оригинала. Я вспомнил строчку из рассказа Хорхе Луиса Борхеса «В кольце руин»: «И во сне спящего приснившийся проснулся».

Перед тем, как посетить Силенд, я прочитал сотни газет и журналов, а также ознакомился с рассекреченными британскими документами. И хотя большая часть того, что Майкл рассказал мне, соответствовала тому, что я уже знал из моего исследования, услышав об этом непосредственно от источника, эти истории стали казаться мне более правдоподобными. Или он просто поведал мне то, что и британскому правительству в своё время?

Мне нужно было подышать воздухом, я попросил Майкла провести мне экскурсию. Мы вышли из кухни и и спустились по винтовой лестнице. Каждая из двух колон платформы представляла собой башню, внутри которых находились круглые комнаты диаметром семь метров: бетонные, холодные, сырые, пахли дизельным топливом и плесенью.

Некоторые из них освещались лампочкой на проводе, как бункер выживальщика. Баррингтон, охранник Силенда, присоединился к нам и сказал, что ночью здесь можно ощутить пульсирующий выброс проходящих судов.

В северной башне располагались комнаты для гостей, тюрьма и конференц-зал, в котором жил Баррингтон. «Ввообще-то я люблю холод», — сказал он, когда я спросил, насколько обогреваются помещения зимой. Когда мы спускались, он остановился в комнате, которая была оборудована под минималистскую экуменическую часовню. Открытая Библия лежала на столе с дорогой скатертью. Коран стоял на полке рядом с произведениями Сократа (скорее всего автор имел в виду Платона — прим. пер.) и Шекспира. Сюрреалистический и клаустрофобный уголок словно библиотека на подводной лодке.

Мы пересекли платформу, ведущую к южной башне. Майкл начал рассказывать мне о самом популярном плане Силенда: разместить сервера с конфиденциальными данными. Компания под названием HavenCo была основана в 2000 году и предлагала создать хранилище данных, некий веб-хостинг для ресурсов с азартными играми, финансовыми пирамидами, порнографиней, защищенных электронных ящиков и банковских счетов, которые невозможно отследить.

Майкл сразу отказал клиентам, которые занимались спамом, детской порнографией и корпоративным киберсаботажем. «Всему есть предел». Он добавил, что в 2010 году также отклонил просьбу представителей WikiLeaks о выдаче паспорта Силенда и предоставлении убежища Джулиану Ассанджу.

Идея перевода онлайн-сервисов на периферию не нова. Фантасты неоднократно писали о таких хранилищах данных. Пожалуй, самый известный роман на эту тему — «Криптономикон» Нила Стивенсона, опубликованный в 1999 году. По сюжету, султан Кинакуты, вымышленного маленького острова между Филиппинами и Борнео, предлагает героям превратить остров в центр коммуникаций, свободный от закона об авторском праве и других ограничений.

С 2008 года Google работает над созданием центров обработки данных, которые будут использовать морскую воду для охлаждения серверов, что позволит сократить огромные расходы. В 2010 году группа исследователей из Гарварда и Массачусетского технологического института опубликовала исследование, в котором предлагалось, что при высокочастотном трейдинге следует рассмотреть возможность сокращения расстояния, например перенести сервера в море. Хотя эти планы еще не реализованы, учёные представили некоторые из своих предложений на конференции, организованной Институтом систейдинга.

Компанию HavenCo создали Райан Лэки и Шон Хастингс, который переехал на Ангильи в восточной части Карибского бассейна для работы над азартными онлайн-проектами. Планы были масштабны. Сервера будут охранять четыре вооруженных до зубов охранников. Помещения, в которых разместят сервера, будут заполнены азотом, поэтому там невозможно будет находится без спецснаряжения. Элитная команда программистов и специалистов по сетевой безопасности будут защищать данные от хакеров. У Силенда будет дополнительное интернет-соединение с несколькими странами и спутниковая связь. Данные клиентов будут шифроваться даже от сотрудников HavenCo.

Однако планы остались планами. «Произошла катастрофа», — мрачно заявил Майкл, остановившись в комнате с трёхметровыми полками, где когда-то стояли серверы HavenCo. Охлаждать дата-центры было нечем — в большинстве помещений отсутствовали электрические розетки. Топливо для генераторов всё время не хватало. Один из провайдеров обанкротился.

Скорость интернета по спутниковой связи составляла 128 Кбит/с — скорость домашнего модема в начале нулевых. Идея с азотом была маркетинговой уловкой. Кибератаки на веб-сайт HavenCo на несколько дней подорвали его связь. Компании удалось привлечь около дюжины клиентов, в основном сайты онлайн-игр, но они разочаровывались из-за сбоев в работе и вскоре сменили сервера. В 2003 году Лэки покинул HavenCo.

Майкл также упомянул другие проблемы: «Мы также никогда не встречались лицом к лицу с компьютерщиками, не обсуждали, каких клиентов мы хотели бы принимать у себя». В частности, королевская семья запретила Лэки размещать сайт, который будет незаконно показывать DVD-диски. Он же полагал, что предоставлял такой тип сервиса для которого создавалась компания.

Не знаю опасалась ли семья Бейтсов вражды с британскими властями. Но у меня возникло ощущение, что их ссора с Лэки нечто личное («Он был просто странным», — объяснеил Майкл), а DVD были просто поводом.

Когда мы допили последнюю чашку чая на кухне, Майкл усмехнулся. Он, казалось, настолько же гордился запутанной историей странного творения своей семьи, насколько и стойкостью Силенда.

Никто не спорит, смелости Бейтсам не занимать, но секрет выживания Силенда скорее всего в его ограниченных амбициях. У княжества не было территориальных претензий, оно не стремилось создать великий халифат. Соседи считали Силенд за ржавое королевство, на которое проще не обращать внимание.

Все Бейтсы мастерски строят мифы вокруг Силенда, защищают его суверенитет. Княжество никогда не был либертарианской утопией; скорее «где-то между семейным бизнесом и кукольным представлением». Ходили слухи, что киношники планируют снять фильм о Бейтсах.

Сейчас же Силенд существует благодаря сувенирному онлайн-магазину, которым управляет семья Бейтс. Товары, к слову, здесь продаются в британских фунтах стерлингов. Чашки стоят 9.99 фунтов (14 долларов); дворянские титулы £29.99 (40 долларов) и выше.

Настало время возвращаться на берег, кран спустил меня на сюрреалистических качелях. Я взглянул на ржавую платформу и помахал Баррингтону на прощание. Он наблюдал за нами словно одинокий Санчо Панса, хранитель донкихотского видения. Ветер усиливался, Майкл и Джеймс завели двигатель и направили лодку к берегу. Силенд медленно исчезал на горизонте, семья Бейтсов возвращалась в теплый дом в Эссексе, чтобы оттуда править своим княжеством.

Читайте также:

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

пять − 1 =