Глаза над водой. (Рассказ)

Вот и всё. Она ушла.

Он прожил с ней тридцать три года, чтобы вернуться к одинокой жизни, от которой однажды ему получилось убежать. Она не смогла больше терпеть его пассивного отношения к вещам, его постоянного молчания и этот сигаретный дым, которым он пытался успокаивать себя, пытался, но всё было видимо напрасно.

Марта не оставила ему каких-то ярких воспоминаний, она просто ушла, тихо закрыв за собой дверь, просто тихо испарилась в ночи, также тихо как он, не сказав ни слова. Дэвид сидел рядом с газовой плитой, его беспечный взгляд был устремлён в подоконник, где маячились тени рябины в лунном падающем свете.

«Надо закурить» — повторял про себя мужчина. «Это всегда успокаивает».

Полосатый кот прыгнул на подоконник, заняв свой наблюдательный пост и резко начал искать чужаков. Поняв, что дому ничего не грозит страшного, он принялся полизывать свои лапы, умывая ими милую мордочку. Где-то залаяли собаки, кот резко повёл ухом. Дэвид медленно выпускал дым из лёгких, причмокивая губами в конце выдоха.

«Надо тоже уехать, разве это дом, когда нет хозяйки?»

Докурив сигарету, единственный огонь которой немного освещал кухню, мужчина принялся пробираться к постели через темноту полупустых комнат. Не раздеваясь, он рухнул на одеяло и в такой позе уснул.

Голодный кот ходил по спине Дэвида и тёрся, притворяясь чрезмерно ласковым, прося хозяина дать ему еды. Хитрецу удалось уже разбудить его.

Первое о чём подумал Дэвид, проснулась ли Марта. Но туман в голове быстро рассеялся, всё стало на свои места, паззл из сна собрался в реальную картинку мира. Сразу поняв это, он вновь окунулся лицом в подушку. Секундная стрелка била по нервам, особенно тогда, когда начинаешь прислушиваться к её ходу. Раз, два, три – вот и всё. Она ушла.

Мужчина принял другое положение, свесив ноги с кровати, он принялся осматривать квартиру по сторонам.

— Марта в это время поливала бы свои цветы, в этом она видела утешение, – вдруг сказал Дэвид, своему коту видимо.

На кухне не было Марты, пустая миска кота и сигареты на столе были тому подтверждением. Он сделал всё как надо, накормил кота, приготовил и себе завтрак, полил цветы Марты, даже убрал постель. Дэвид смотрел на пачку сигарет и думал о своём.

«Может не поздно ещё всё поменять?»

Он надел длинное пальто, положил в глубокий карман небольшую записную книжечку и мобильный телефон. Кот провожал его взглядом и думал, что хозяин, наверное, пошёл за свежим кошачьим кормом в магазин.

   Позвонить жене ему не хватало смелости, у него этого качество вообще по жизни не хватало. Он вышел на улицу и побрёл по улице в  сторону железнодорожной станции. Утренний поезд увезёт Дэвида к морю. Туман ещё блуждал в округах, на станции никого кроме сутулого старика, сидящего на лавочке не было.

Дэвид купил билет и ждал половины восьмого, посматривая то на часы в мобильнике, то на циферблат, висящий на столбе. Утро стояло прохладное, ожидание поезда пронзило мужчину неприятным ознобом. В воздухе ещё летали чайки, но скоро и они исчезнут. Улетят туда, где потеплее, где их полюбит солнце.

Поезд показался почти вовремя. Дэвид зашёл и сел к окну на одно из длинных сидений, таких же пустовавших, как и его.

«Только сумасшедший поедет холодным осенним утром к морю» — почему-то подумал так про себя Дэвид и, завернувшись поглубже в пальто, прижался к окну поезда. С раннего утра окна были подморожены, а сейчас на них остались капельки влаги. Он высунул руку из тёплого кармана и стал рисовать на влажном стекле глаза и улыбку. Какое-то время причудливое лицо улыбалось Дэвиду, но вдруг из глаз потекли тонкие линии слёз, как и из улыбки, и весь рисунок превратился в абстракцию. Мужчина какое-то время смотрел на всё это, но позже стёр рисунок плотным прилеганием руки.

А за окном пробегали мимо поля и леса, маленькие города и маленькие люди вдалеке. Поезд шёл без остановок, потому что лишь сумасшедший поедет к морю таким пасмурным осенним днём. Старичок сидел впереди вагона и уже не смотрел в окно, потому что он и так всё знает наизусть, каждый метр этого пути ему знаком. Впервые Дэвиду захотелось подойти к незнакомому человек и поинтересоваться, зачем старик едет к морю. Он подошёл к нему и сел напротив.

— Простите, тут не занято? – попытался найти слова Дэвид, чтобы завязать разговор.

Старик посмотрел по сторонам, убедившись, что кроме них никого в вагоне нет и сказал:

— Это была шутка?

— Нет, что вы…Нет, простите. Я могу сесть на другое место.

— А это что-то изменит в тебе?

— В смысле?

— Ну а что я непонятного сказал. Неужели ты считаешь, что пересев, например, на два места назад, откуда пришёл, тебе станет легче? Вагон пуст, ты наверняка хотел со мной поговорить, узнать, зачем я еду к морю в столь ненастное осеннее утро. Я прав?

— Откуда вы… То есть, как вы узнали мои…

— Мысли?

— Да…как?

— Моё имя Адам Митчелл и я еду последний раз взглянуть на свой дом.

— Наверное, здорово иметь дом у моря. А почему последний? – удивился Дэвид, тут же забыв о своём вопросе к старику.

— Всё меняется, дружище. Время так быстро бежит, что порой не успеваешь всего успеть сделать. Страшнее, правда, когда не успеваешь изменить ход событий. Видишь ли…как тебя зовут? – прервал речь Адам.

— Дэвид…эээ…Дэвид Спенсер, – протянул руку старику Дэвид, не отрывая от него своих глаз.

— Ну, так вот, Дэвид, — продолжил Адам, пожав холодную руку мужчины. — Видишь ли, в своей жизни мы совершаем огромное количество ошибок, идём неправильными путями, пытаемся убежать от проблем, идя в обход, выбирая короткие пути, забывая, что при этом могут пострадать близкие тебе люди. Я понял это только к старости. У меня была прекрасная жена Сара, мы любили друг друга, по вечерам слушали пластинки, но время меняет людей. Я потерял свою Сару, потому что стал сильно выпивать после работы в порту. Она не выдержала, потому что пьяный я набрасывался на неё с кулаками. Господи, каким же зверем я был.

— Что было дальше, Адам? – тревожно спросил Дэвид, глубоко погрузившись в рассказ.

— А дальше жил один. Специально устроился смотрителем маяка, куда сейчас и направляюсь. Он то и стал моим новым домом, еду прощаться с ним.

— Но почему?

— Хех, – похлопал по плечу Дэвида, улыбнулся старик, но резко пригорюнился. – Вчера я был на похоронах Сары, о её смерти мне сообщил её муж, теперь мы с ним оба вдовцы, оба несчастны теперь. Сара, солнце моей души, ушла, потому и стоят такие холодные дни. И всему виной – я. Я не уберёг своё счастье, я слишком расслабился однажды. Знаешь, когда постоянно выигрываешь в казино, считаешь, что ты везунчик по жизни. Но когда-нибудь настанет день и остаёшься банкротом, просто потому, что привыкший выигрывать, ты на мгновение расслабился, поверив удаче, а не себе. Понимаешь?

— Да, наверно, – сказал Дэвид, постепенно переваривая в себе поток информации. Он думал о Марте.

— Почему Господь Бог не сделал людей, умеющими летать?

— Не знаю даже…

— Будь мы с крыльями, нам не пришлось бы мечтать, так как именно этим больше всего человек хотел бы обучиться. Бог сделал нас такими, чтобы наша жизнь не казалась слишком простой, чтобы своим трудом мы сделали себе крылья сами, да и потом, если бы у всех были крылья изначально, разве мы жили на этой планете. На самом деле каждый пытается убежать от проблем, и от людей, несущие эти проблемы. Когда этими людьми приходятся родные, готов ли ты бросить их ради своей свободы, ради своих внутренних убеждений? Ты просто совершаешь глупую ошибку, одну из миллиона тобой ежедневно совершаемых.

Адам говорил много, Дэвид только слушал, кивая головой. И непонятно было, соглашался он со стариком или нет, возможно, он просто слушал ради уважения. Незаметно для обоих поезд прибыл на конечную станцию, находившуюся у моря. Они вышли из вагона, оглянувшись по сторонам, мужчины убедились, что они единственные на станции. Ветер терзал воротник Дэвида, он придерживал его рукой, здесь было жутко холодно.

На берегу стоял старенький, как Адам, маяк.

— Вот мой дом, – чуть улыбнувшись, сказал старик, искоса поглядывая на реакцию, Дэвида, который, не отрываясь, смотрел на это высокое сооружение.

— Прекрасный дом, – был ответ.

Холод пронизывал песок и маленькие камушки под ногами, проходил внутри голых травинок и из-за рта Дэвида. Он думал о Марте. Как она? Где она? Ей сейчас ещё холодней.

Они поднялись наверх маяка. Здесь было не особо уютно, сразу понятно, что женщина никогда не жила тут.

— Когда наступала ночь, – заговорил Адам. – Я зажигал прожектор, освещал путь кораблям, я был их солнцем, их Ангелом-Хранителем.

Адам спокойным шагом передвигался по кругу маяка, дотрагиваясь до стен руками. Прекрасный вид на море открывался с вышины, несмотря на ненастную погоду. Старик порой поглядывал со стороны на Адама и не пытался задавать ему личных вопросов.

Эта встреча была недолгой, Дэвиду самому захотелось уйти. Он остался бродить по побережью, от воды тянуло холодом. Волны разбивались о скалы, и брызги громко обрушивались на песок. Мужчина подбирал камушки и кидал их в языки волн, которые жадно заглатывали их. Холодные камни живут долго, их жизнь беззаботна.

«Жил так близко к морю, а плавать не научился» — думал о себе, Дэвид.

В одной прибрежной ямке из песка скопилась вода. Мужчина наклонился над её поверхностью, встав на колени, и стал смотреть на своё отражение. Его лицо было усеяно морщинами – бороздами, в которые он посадил семена своей жизни, урожай которых не сумел собрать. Жалел ли он о том, что у него с Мартой даже не было детей? Марта бесплодна, но что мешало ему взять ребёнка из детского дома?

Он впервые смотрел в свои глаза и ненавидел их. Он презирал себя за всё, но больше за то, что однажды повстречал свою будущую жену. Он думал о Марте. Сколько она терпела его, вот и всё. Она ушла.

О чём ему было ещё мечтать, ведь для него уже были за спиной крылья. Он сидел над этой небольшой прибрежной лужицей и рыдал от боли, ломая свои несчастные крылья. Взлетев однажды, он смертельно упал оземь.

Нащупав в кармане телефон, возникла мысль позвонить Марте. В адресной книге всего несколько контактов, искать номер жены – простое дело. Мужчина шёл вперёд к морю и холодные волны поглощали его, тянули к себе, как русалки околдованных моряков. Озябшие пальцы вызвали Марту, но её телефон был отключен. Вот и всё. Она ушла.

Он был наполовину в воде и уже не чувствовал ног, он не чувствовал себя, так как думал лишь о Марте. В надежде на чудо, Дэвид набрал её номер снова, но результат был тот же.

— Оставьте своё сообщение после звукового сигнала, – оповестил приятный женский голос из трубки.

На последнем издыхании, дрожа от жуткого холода, мужчина сумел лишь сказать несколько слов:

— Я люблю тебя, Марта…

Телефон выпал из его рук, рухнув в воду, вслед за ним лицом вперёд упал Дэвид, и волны окончательно его поглотили.

Он медленно открыл глаза, и яркий солнечный свет ослепил их. Всё вокруг было озарено светлыми тонами. Дэвид сначала испугался, а потом успокоился, поняв, что он в раю.

Но разве в раю так пахнет лекарствами? С трудом приподняв голову, он увидел, что лежит в койке, а рядом сидит женщина с красивыми тёмными кудрями и держит Дэвида за руку, и лбом прижимается к его ладони.

Он знал лишь одну женщину с такими волосами. Марта. Дэвид понимал, что он очутился в больнице от переохлаждения, но кто его спас? Найдя в себе силы, он сжал руку своей жены, и она резко подняла голову. Увидев открытые глаза мужа, она бросилась его обнимать и целовать. Не передать было всего счастья и радости, что испытал в ту минуту Дэвид.

Позже он узнал, что его спас некий Адам Митчелл, бывший смотритель маяка, скончавшийся неделю назад от остановки сердца. Дэвид, пролежавший в коме почти месяц, успел вновь родиться на этот свет, но какова была цена.

Адам оставил записку Дэвиду, будто знал, что мужчина сможет выжить. В ней было написано следующее: «Ты стал моим последним заблудившимся кораблём, которого я вывел на светлый путь. Теперь твоя очередь нести свет моего маяка остальным людям. Живи, мой друг».

И он жил дальше.

Вместе со своей Мартой и приёмными детьми.

Александр Лыжин. 2012 год.

2 thoughts on “Глаза над водой. (Рассказ)

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.