Отрывок из книги П.И. Челищева «Путешествие по Северу России в 1791 году»

Описание Архангелогородской губернии уездного города Холмогор.

Старинный город Холмогор лежит под 64-м градусом и 23-ю минутою северной широты и под 56-м градусом и 2-ю минутою долготы, на западном берегу Двины и при вытекающих из той же Двины особыми проливами или рукавами и опять в нее впадающими реками Куропалке и Холмогорке, окружающей город; по ним ходят большие двинския суда; ловится рыба сиги, щуки, окуни, налимы, сороги, лещи, ерши и елцы. Положение места, где городское строение, приятное и по большей части ровное.

В нем каменных три, деревянных три, а всех, в которых отправляется служба, шесть церквей: 1) каменный, бывший катедральный собор, во имя Преображения Господня. Поелику сей город был епархиальный, то жившие в нем до перенесения катедры в Архангельск архиереи полагались во оном соборе, над которыми поставлены гробницы с их портретами, погребено ж их семь. 2) Возле оного холодного собора каменный же теплый собор Двенадцати Апостолам. Приходския: 3) Каменная, двуэтажная, Глинская называемая; в ней в верхнем и нижнем этажах пять престолов, в верху настоящий храм Живоначальной Троицы, придельныя — первоверховным апостолом Петру и Павлу и Усекновению Честныя Главы Иоанна Предтечи; в низу — Благовещению Пречистыя Богородицы, предел апостолу Андрею Первозванному. Деревянные: 4) Введению во храм Пресвятыя Богородицы и апостолу евангелисту Иоанну Богослову. 5) Ниже городского посада — Рождеству Христову, придел — пророку Предтечи и Крестителю Господню Иоанну. 6) За городом на кладбище — Падрокурская, Покрову Пресвятыя Богородицы. В находящемся при городе третьего класса Успенском Девичьем монастыре строение все деревянное; в нем две деревянных церкви: 1) холодная — Успению Пречистыя Богородицы; 2) теплая на каменном фундаменте — Архангелу Михаилу. На содержание сего монастыря каждый год из казны отпущается 390 рублей.

Купечество и мещанство сего города живут бедно; главный же их торг состоит в откупе целых барок, каюков и плотов, нагруженных всяким перемолотым в муку и переделанным в крупу хлебом, которые двинския суда приходят к Холмогорам вскоре по вскрытии вод, плывучи к Архангельску из разных нижних городов, а особливо с Вятки, Устюга, Вологды и Шенкурска, и для продажи прежде холмогорским жителям, стоят чрез целый месяц, что у них и называется годовою ярмонкою, и накупивши барок, каюков и плотов с хлебом, идут, на сколько наличный капитал позволит, для перепродажи на иностранные корабли и тамошним гуртом торгующим купцам, на тех же судах отвозят в город Архангельск, и другие, где хлеб не родится, города; притом еще имеющие изрядный капитал на своих мореходных, стоящих в городе Архангельске судах, для морского зверинаго и рыбнаго промысла ездят к берегам Севернаго окияна до Килдюина и откупают в городе Коле разные морския рыбы и морских зверей кожи и сало у живущих там Лопарей и продают сало в Архангельске для отпуску за море, а рыбу свежую, соленую и сухую, вместе с откупною у крестьян своего уезда семгою, отвозят в столичные города Москву и Санкт-Петербург, куда также стадами отгоняют и своего уезда холмогорских коров и быков. Мещане ж, не имеющие по своей бедности для оных оборотных торгов наличнаго денежнаго капитала и кредиторов, нанимаются у достаточных работниками, ездят на мореходных судах лоцманами и работниками, работают при адмиралтействе, бирже и заводах. Впрочем, обыкновенными городу, получаемыми из Архангельска и Москвы товарами хотя и торгуют, но по неимению дворянства, не дорогими, а по большей части нужными для крестьянства.

Фабрик и заводов нет, а только имеется четыре ветряных мучных мельниц.

В городе Холмогорах: купечества мужеска — 70, женска — 65; мещанства мужеска — 514, женска — 575; мореходцев мужеска — 69, женска — 55; церковных причетников мужеска — 36, женска — 45; разночинцев мужеска — 85, женска — 112; казенного ведомства обывателей мужеска — 25, женска — 4; при разных должностях мужеска — 79, женска — 77; по торгу, промыслу и в разных работах мужеска — 28, женска — 83; итого, мужеска — 906, женска — 1,046, а обоего мужеска и женска пола — 1,952 души; в числе их мастеровых резчиков из кости 8, а медников, портных, сапожников, столяров и маляров очень мало, а прочих ремесл мастеровых и совсем нет. Женщины упражняются в плетении грубых кружев, в пряже льну и в ткании полотен.

Все вообще холмогорские жители, по причини сенокосных во одну сторону верст на сорок простирающихся хороших лугов, исконибе самые во всем наместничестве лучшие имеют коровьи заводы. Жители Архангелогородские и холмогорские уверяют, что поеные телята-годовики бывают освеженые, без кожи, без требуха, без ног и без головы от двенадцати до пятнадцати пуд и больше, и столько славятся, что и ко двору оные ставят. Однакож я не видал гораздо крупных коров и быков в городе и в уезде, и думаю, что оное скотоводство гораздо приходит в упадок потому, что во всю Россию отгоняют великия стада на заводы. Говядина холмогорская не столько славится вкусом, как кеврольская, и для того думать надобно, что и тамошняя животина не уступает холмогорской.

В мою в нем бытность были господа присутствующее: городничий — коллежский ассессор Захар Захарович Бендцон; уездный казначей — губернский секретарь Семен Иванов; расправный судья — губернский секретарь Николай Михаилов Ордин; исправник — Гаврила Семенович Волков; почтмейстер — Яков Яковлевич Ребендер.

Сей город Холмогор достопамятен прошествием чрез него троекратно на север Петра Великого в 1693, 1694 и 1702 годех, почему на берегу речки Куропалке против собору, где он изволил выходить на берег, просил я помянутаго господина городничего на самом том месте поставить сделанный мною деревянный крест с следующею надписею: «Изуй сапог твой, место бо, идеже стоиши, коснулася нога Петра Великого, отца отечества, и потому свято». Еще славится оный город произведением в 1711 годе в против самого города на двинском, облегающим с одной стороны Двиною, а с другой от города ручкою Куропалкою, Кур-острове, в погосте и деревне того ж названия, на свете славнаго в ученом свете мужа, статского советника, императорской Санкт-Петербургской академии наук профессора, Стокгольмской и Бононской члена, Михаила Васильевича Ломоносова.

Я ездил с городничим и почтмейстером на то место, где родился помянутый Михайла Васильевич Ломоносов и любопытствовал, не увижу ль каких отменных на нем знаков, но не нашел ничего. Опустошенное сие, совсем лежащее печально, место широтою четырнадцать сажен, длиною сажен до сорока, со огородами принадлежит, к ныне живущему, положенному в подушный оклад казенного ведомства крестьянину Андрею Михайлову Шубнову, стоит на крутом береге, над небольшим из Двины в Куропалку проливом, среди строенья деревни Кур-острова, лицем на юго-запад. Среди бывшего при нем огороду выкопана небольшая сажилка, а прочего имущества его никаких и знаков не остается, кроме места. Положение окрестности сей деревни обширно и величественно; возвышенные его окружности представляют пахатныя нивы, приятные и пространные, стадами и табунами всегда испещренные луга, а низкие вокруг пологи имеют вид песчаных степей, которые ежегодно от наводнений двинских и куропальских увеличиваются; северо-западную сторону его облегает вдали большая еловая роща, которая, украшая селение, защищает его отчасти и свирепства северных ветров. Природа и труды человеческие потщилися сие место обложить изящнейшим горизонтом. Изобильнейшие воды окружают повсюду пашни и сенокосы, прерывающиеся несколькими лесами и многочисленными холмами, которым наибольшую предают живность близь лежащий город, великое множество погостов и многочисленные разных родов селения. Трудолюбие многолюдных поселян, великое плавание судов вверх и вниз по Двине, по Куропалке и по разливам, звон и шум городской и селений, к тому же изобилие рыб, птиц и всяких для жизни потребностей должны составлять наипрелестнейшую картину, когда натура облачается в радостную одежду приятныя весны. Сии то счастливые часы одарили нас, может быть, великим сим писателем и взожгли в нем сие пламя к славе. На оном месте просил я господина городничего поставить мною сделанный монумент, с нарисованною картушкою и надписями, приложенными при сем. Сей монумент поставлен против города Холмогор, за рекою Куропалкою, что в 70-ти верстах в верху города Архангельска пудасом или рукавом из Северной Двины протекает, на острове Кур-острове, в погосте того же названия, в деревни того же имяни. Он просто сделан из досок и укреплен к земле небольшими сваями, на некотором возвышении; невысокую его и четвероугольную остроту поддерживает пятичетвертной куб; высота всего памятника имеет 4 аршина. Он выкрашен Белою краскою; на 8-ми же его сторонах по нумерам подписано и нарисовано черною краскою следующее:

На косяке в верху:

Аллегорическая нарисованная картушка с изображением венка финиковаго и лавроваго, кадуцей с крылами, две трубы, лира Аполлонова, глобусы, квадрант, колбы, телескоп, карта и книги. На остроте обелиска змее, означающая вечность.

2) В верху на косяке:

На семь месте родился Михайло Васильевич Ломоносов, статский советник, Императорской Санкт-Петербургской Академии Наук профессор, Стокголмской и Бононской Академий член, 1711 году, а умер в Санкт-Петербурге году, -го числа. Тело его предано земле в Александро-Невском монастыре, душа его отлетела в райския селения, а могила его украшена изрядным надгробным камнем, из белаго мрамора сделанным в Италии, любовию и почтением к ему Великого Poccийского Канцлера графа Михайла Jlapионовича Воронцова.

3) На косяке в верху:

Сей слабейший и маловажный памятник, в знак своего высокопочитания, воздвиг проезжающий из Санкт-Петербурга и возвращающийся туда же, секунд-майор Петр Челищев, не имее ни времени, ни способов возставить достойное и лучшее здание сему великому мужу. 29VIII 1791.

4) На косяке в верху:

Mocковский здесь Парнасс изобразил витию

Что чистый слог стихов и прозы ввел в Poccию.

Что в Риме Цицерон и что Виргилий был,

То он один в своем понятии вместил;

Открыл натуры храм богатым словом Россов,

Пример их остроты в науках Ломоносов.

5) На тунбе под первым косяком картуш:

На горке, представляющей его могилу, стоят два щита, на одном герб М. В. Ломоносова, на другом его вензель; по сторонам две пальмы, составляющия листвием своим сень и венок; в боку заходящее солнце, в другом боку луна и несколько звезд в облаках тучных и мрачных; на щитах сидит ночная птица сова, покрывающая их своими крылами.

Умолкший уж давно Афин и Римлян дар

Витийством громких слов владети над сердцами

Воззвал от долга сна сей северный Пиндар

Лирической трубой и звонкими струнами.

Сей сельский Холмогор лишь стер свой мрак с очей

Напрягся, поднялся, излетел, объял природу,

Возжег в веках свечу гисторией своей

И книгу древних Росс разверз земному роду.

С Невтоном изчислял в морях — алгебры, груз,

В хаосе вихров был Картезию соперник,

Схватил рукою цепь планет и звезд союз,

Держал что Птоломей, и Тихобрах, Коперник.

От тайны недр земных измерив и открыв,

Наскучил опытом ползущим в изысканьях,

Вдруг к созиданью свой дух гордый устремив

Скупую химию настиг в своих ристаньях,

II мощною рукой от персей исхитил

Прекрасну дщерь ее, младую мозаику:

И не насытясь тем столь алчен к сдаве был,

Подъял на рамена мысль страшну и велику,

Что даже нет Петра, отца отечества,

Хвалу вселенные, венец племян Славенских.

Но тут возстал на брань чин строгий естества

И рек: «Иди ж к ему! В полях он Елисейских».

Здесь счастие ему еще оставило в удел

Свой вящший к славе дар, в час пагубной годины:

Ученый свет взрыдал, и мир преклонный зрел,

Что смертью оп извлек слезу Екатерины.

Читатель! Воздохни, коль ты сын верный Россов.

И вспомнив, содрогнись, каков был Ломоносов!

Петр Челищев.

Во оном Кур-островском погосте две церкви: одна — каменная, другая — деревянная. Каменная двуэтажная, в верху храм Казанской Божией Матери, в низу — великомученицы Екатерины. Деревянная одноэтажная — великомученику Димитрию Селунскому. Здесь побочь пустого Михаила Васильевича Ломоносова места живет означенный крестьянин Шубной, брат Федоту Ивановичу Шубину, профессору скулптуры.

В двух верстах от города на той же стороне Двины и Куропалки, где город, погост и деревня Верхний Большой Никольский Матегор; в нем каменная церковь о трех престолах: 1-й — Воскресению Христову, 2-й — великомученицы Параскевы, 3-й — Николаю Чудотворцу. Здесь живет состоящий в подушном окладе государственный крестьянин Евсей Федоров Головин, его жена Марья Васильева, родная сестра Михаила Васильевича Ломоносова, мать профессора Михаила Евсеева Головина.

В Холмогорской округе казенного ведомства крестьян: экономических: мужеска — 3,665, женска — 3,688; черносошных: мужеска — 10,950, женска — 11,720; кречатьих: мужеска — 66, женска — 88; итого: мужеска — 14,681, женска — 15,496, а обоего мужеска и женска пола вообще — 30,17 7 душ. Оные крестьяне для пропитания своих семейств пашут рожь и ячмень; рожь у них в хорошую пору родится со одного посеянного пять и шесть четвериков, ячмень со одного три-четыре, в редкие же годы пять четвериков, а больше, кроме малого количества льну и конопель, никакого хлеба по неурожаю не пашут. Весьма мало таких крестьян, которые могут своим хлебом без прикупки год продовольствоваться, а почти каждый к своей пашне прикупает месяца на четыре, в урожайный же самый год — на два; а когда на всходе семяна потратит морозом, холодною, с моря ветряною погодою, росою и дождем, что у них не редко случается, то прикупают и с лишним на полгода.

Сенокосных мест, а особливо по частым по реке Двине большим и малым островам довольно, почему скота имеют для своего домашнего употребления довольно, а на продажу каждый год выкармливают от двух до пяти быков и по нескольку телят выпаивают. К тому ж еще на покупку хлеба, и на заплату податей каждый крестьянин для продажи в Архангельске выганивают восьми и десяти-пудовых в год по десяти бочек смолы, жгут уголье, золу и известку; делают для соления морских рыб большие дощаны и бочки; стреляют в своих лесах из ружей зверей: медведей, волков, лисиц, зайцов, белок, горностаев, а изредко куниц и выдр; также стреляют и сильцами ловят птиц: тетеревей, куропаток, рябчиков и разных родов уток. Женский же пол, иншие с своего, другие с покупного льну разных разборов и для плетения кружев прядут и белят нитки, и также, как в Архангельском уезде, довольное число ткут на продажу тонкаго холста.

Во оном Холмогорском уезде есть из крестьян мастеровые: медники, кузнецы, портные, сапожники, бочары, плотники, колесники, кожевники и горшечники; иные строят мореходныя и двинския суда и ходят на них лоцманами и работниками, другие, сбирая по берегам Двины и прочих рек плиты, круглое каменье и алебастр, тешут стенные и половыя плиты и для продажи отвозят их Двиною в Архангельск и Великий Устюг; прочие ж мастеровые по большей части работают в Санкт-Петербурге и Москве. Бедные ж и не имеющие, кроме хлебопашества, никакого рукоделия, отходят в заработки в Петербург и работают в городе Архангельске при адмиралтействе, бирже и в заводах, в реках и озерах ловят рыбу.

В Холмогорском уезде озер двести-тринадцать, в них ловится рыба отменной величины: щуки, язи, окуни, сороги и караси; обыкновенные: лещи, нельмы, сиги, ерши и налимы. Pек и речек пятьдесят-пять, в них также рыба ловится, что и в озерах, в некоторых же и заходящая из Белаго моря семга.

Лес ростет: сосновый, еловый, березовый, лиственница, осина, ольха, рябинник, черемха, ива, можжевельник, черная и красная смородыня. К строению крестьянскому годного лесу очень мало, да и то в дальнем от деревень расстоянии. В лесах ростут ягоды: морошка, брусница, земляница, рябина, малина, черемха, красная и черная смородыня, черница, голубица, княжнянка, костяница, вороница или просто называемая сцыха; грибы: грузды, березовики, сосновиками называемые, волнухи, рыжики и лубянки.

Церквей в округе: каменных — 11, деревянных — 16; при них церковников: мужеска — 262, женска — 357, а обоего пола — 619 душ.

Во оном уезде в селе и погосте Емецком по четвергам каждой недели бывает ярмонка, на которую не только Холмогорского, но и из других окольних уездов много съезжается крестьян для продажи и покупки домашних продуктов и рукоделий; а в городе во оный же день бываемой недельной ярмонки ближних, только около города живущих, крестьян, бывает очень мало.

Из огородных овощей всегда родится репа да редька; в некоторых же местах в иные годы родится капуста, свекла, морковь и мелкий лук.

В городе Холмогорах пробыли среду и четверток 27-го и 28-го числа августа.

От уездного города Холмогор до начала Шенкурского уезда рекою ж Двиною.

В пятницу 29-го числа в праздник Усекновения Честныя Главы Иоанна Предтечи, по отслушании в праздничной церкви литургии и в квартере отобедавши, при сильном попутном ветре и при дождевой погоде, с городским лоцманом Егором Панкратовым, выпадающею из Двины и опять в нее впадающею рекою судоходною Быстрокуркою поехали всеми парусами в четыре часа по полудни.

По выезде из города в нашем виду были показанные при описании города Кур-островский и Большой Верхний Никольский Матегор погосты.

Потом, в пяти верстах от города на правой стороне Нижний Матегор; в нем каменная церковь двуэтажная, в верху храм — апостолу и евангелисту Иоанну Богослову, в низу — благоверным князем Борису и Иглебу.

Против оного на двинском Уг-острову погост того ж названия; в нем две деревянных церкви, одна — Богоявлению Господню, другая — Благовещению Пресвятыя Богородицы и равноапостольному благоверному князю Владимиру. В восеми от тех погостов верстах, на двинском же не малом острову Быстрокурской волости, в правой стороне погост; в нем каменная церковь Архангелу Михаилу и блаженному Прокопию Устюжскому. В пяти от него верстах в левой стороне Ровнинский погост в нем две церкви: одна каменная, другая деревянная; каменная Рождеству Пресвятыя Богородицы, деревянная — первоверховным апостолом Петру и Павлу, да Афонасию и Кириллы патриархам Александрийским.

Отъехавши от Ровнинского погоста две, а всего рекою Быстрокуркою до соединения ее с Двиною, от города Холмогор двадцать верст, в семь часов по полудни пристали к погосту корабельной верфи и пильному заводу Вавчиги. Здесь, на впадающей в Двину, по течению ее с правой, а по нашей езде с левой стороны, небольшой, вытекающей из болота речке Вавчиги три пильных анбара, в каждом по два станка; в них, пилят тес и брусья для строения всяких мореходных судов и близь их на берегу Двины купеческая в шести доках верфь, в которой не только купеческие, но даже самые большие военные корабли строиться могут. Сия с пильным заводом верфь тем больше достойна примечания, что основатели и содержатели оной Архангельские купцы Осип и Федор Баженины в 1700 году имянным государя Петра Великого указом, с припискою к верфи крестьян, пожалованы привилегиею, и как на привилегию, так и на крестьян, дана им за его царским подписанием грамота, которая и поныне хранится у владеющаго оною верфью по наследству Архангельского ж купца Степана Иванова Баженина; он для смотрения за заводом сам здесь с женою живет. Теперь во оной верфи строения кораблей и других больших мореходных судов не происходит уже десять лет. В пильных же анбарах всегда разной толщины и ширины тес и брусья пилят для продажи подрядом в Архангельское адмиралтейство и для отпуску за море. При оном заводе их же Бажениных построения каменная церковь, в которой настоящий храм Рождеству Иоанну Предтечи, придельный — святителю Христову Иоанну Златоусту. И священник с причетниками живет на его Баженина содержании, а прихожан, кроме живущих при заводе, никого нет. Оный купец Степан Иванович Баженин, узнавши, что пристали мы в священниковом доме, пришел к нам сам и упросил в свой дом, где мы ужинали и ночевали. Он подарил мне три маленьких медных пушечки, моржевых костей креслы и обласкал меня чрезмерно.

30-го числа в субботу, в день тезоименитства его высочества Великого князя Александр Павловича, слушали в помянутой церкви всенощную, литургию и благодарственный молебен. При окончании молебна во время многолетия выстрелено было возле церкви из одиннадцати купца Баженина чугунных пушек, а после того семь выстрелов из нашего катера. По отправлении ж сей церемонии, у него Баженина отобедавши и взявши заимообразно у него денег двадцать-пять рублей, в коих дал ему сего ж 30-го числа августа вексель по объявлению, потом, при пасмурном небе и противном ветре, в верх же по реке Двине в четыре часа по полудни поехали с тем же холмогорским лоцманом греблею; и для провожания нас он, Баженин, ехал с нами в катере, а четыревесельная его шлюбка ишла позади.

По отъезде от заводу с версту, из берегу учинено было нашему катеру по приказу его, Степана Ивановича, одиннадцать пушечных выстрелов; в соответствие ж и мы из катера выстрелили пять раз.

По проезде от заводу семи верст купец Степан Иванович Баженин, распрощавшись с нами, воротился назад. В двенадцати от заводу Вавчуги верстах в левой стороне при впадающей в Двину судоходной реке Пинеги того ж названия экономическая деревня; в ней, по дальности от церкви, деревянная часовня Симеону Богоприимцу. Отъехавши от Вавчужской верфи или пильнаго завода осемнадцать верст, для перемены лоцмана и взятья гребцов, в одиннадцать часов по полудни пристали к стоящей в правой стороне на двинском Мариловском острову того ж названия деревне, где в крестьянской избе обогревшись, напились чаю и поужинавши, с четырьмя человеками гребцов и лоцманом Никитою Лукиным, при малом попутном ветре, в час по полуночи поехали от оной деревни в ночь парусами. Во оной Мариловской Остров деревне деревянная часовня Зачатию Иоанна Предтечи.

31-го числа в воскресенье, отъехавши от Мариловской деревни на оное число, в ночи десять верст для отслушания литургии, в четыре часа по полуночи пристали к стоящему в левой стороне на самом берегу Паниловскому погосту. В нем две старых деревянных церкви, одна — Николаю Чудотворцу, другая — пророку Илии. По отслушании литургии и молебнов, от оного погоста, при ясном небе, в одиннадцать часов по полуночи поехали сначала парусом, потом, за утишением ветра, греблею. От оного Паниловского погоста по обе стороны реки Двины берега начались белаго камня. В шести от Паниловского погоста верстах в правой от Холмогор стороне высокая белаго камня, покрытая несколько с верху землею, гора, которая, равно как и деревня и почтовая станция, по ней же называются Орлецы. На самом ее верху в 1342 году новгородским гражданином Лукою была сделана крепость, в которой он с своею воровскою шайкою, разоряючи и грабя жительствующих по Двине крестьян, имели убежище; по выгнатии ж их из нее князем Федором Ростовским, та крепость так разорена, что и знаков никаких не видно, а только на самом верху поставлено два деревянных креста, чаятельно на том месте, где церкви были. В шестнадцати от Паниловского погоста верстах в левой от Холмогор стороне Ступинской волости погост; в нем две деревянных церкви, одна — Рождеству Иисус Христову, другая — Иоанну Богослову.

Отъехавши от Паниловского погоста осемнадцать верст, в восемь часов по полудни для перемены бичевщиков и лоцмана пристали к стоящей в правой стороне близь берега дворцовой деревни Пупачевой; в ней деревянная часовня Воскресению Христову.

[Да не покажется читателю удивительно, что я так тщательно все часовни замечаю; но это имеет важное побуждение и дает причину заключить много. Где часовней много, там церкви почти везде в небрежении, попы не учены, не рачительны, невежи и пьяны, а потому самому нравы гораздо наклоннее к расколам; из того следует, что расколы по моему примечанию в рассуждении закона не суть важны, но заслуживают важнейшаго внимания политических голов, ибо к чему годится такая секта, которая общественную пользу считает чужою, чуждается, убегает, ненавидит и прячется от общественных прав и узаконении, наблюдая оныя только из корыстолюбия и из страху наказаний в молитвах своих, которые чтут первым долгом Божества, не упоминают имя государя, следовательно, его внутренно не признают власти, видимо считая еретиком; сограждан своих не называют соотчичами, но погаными и врагами, гнушаясь с ними есть, пить, знаться, обходиться и иметь дело. К чему годится, говорю я, многочисленная сия сволочь, управляемая десятью обманывающими над тысячьми обманутых, рассылающая ежегодно по всей России своих лжепроповедников для обращения простолюдинов и ленивцев в коварныя их сети? Повсюду слышно — жалуются попы, дворяне и купечество на побег к ним людей; да в том бы и нужды не было, видится все равно, эти люди в том месте или в другом, были б только в России; но вот розница: они подговаривают людей трудолюбивых, из земель самых плодородных и изобильных, и поселяют оных в своих непроходимых болотах, где ничего не ростет; следовательно, уменьшают в государстве руки работающих, а умножают рты тунеедцев. Что ж выйдет из сего? Что навлечет отечеству нашему со временем за следствие пагубныя сии переселения? Между многочисленными причинами, рассудку открывающимися, о нынешней дороговизны хлеба повсюду, не время ли уже поставить в первые нумера сии зловредные и беззаконные происки ухищренных сих льстецов? Но сие все вид еще, пока они в страхе, пока не знают еще своее силы и своего числа, пока нет единомысия, пока нет еще замысловатой обширной головы, словом, пока нет Силлы, Мария, Юлия Кесаря, Кромвеля. Читатель! Загляни в гисторию, не во всяком ли политическом корпусе найдешь семена к их падению: в Египте гордость и пышность деспотов; в Персии усыпляющая роскошь царей; в Греции распря и противуборствие в умственных тылах; в Риме раздор дворянства и черни, и так, спускаясь до наших времян, мне видится, я ощупываю пагубные сии зародыши, уже насиживаются в мрачных сих норах, в гнездах невежества и в душепагубных сих скопищах. Но опустим зановесу на гибельную сию картину, от коей сердце содрагает, и да не подымет оную Всевышний!]

От оной с четырьмя гребцами и пятым лоцманом, при попутном ветре и немалом дожде, поехали в половине десятого часа по полудни в ночь парусами. В восьми от Пупачевой деревни верстах, в правой же стороне, погост Кривской волости; в нем две деревянных церкви, одна — Успению Пресвятыя Богородицы, другая — пророку Илии и трем святителем: Василию Великому, Григорию Богослову и Иоанну Златоусту.

До сего Кривского от Паниловского погоста на двадцать-на-шесть верст продолжавшиеся каменные берега кончились, а со обеех же сторон начались низкие песчаные. От оного погоста при утихающем дожде, по частым реки поворотам, в немногих местах ехали парусом, а в других бичевою.

1-го числа сентября в понедельник. Проехавши от Пупачевой деревни на оное число в ночи двадцать верст, для перемены гребцов и лоцмана в пять часов утра пристали к стоящей в правой стороне экономической, бывшей Сийского монастыря деревни Середней, из которой взявши других четырех гребцов и лоцмана Акима Никифорова, при тихой неветряной погоде и ясном небе, в начале седьмого часа по полуночи ж, поехали бичевою. В двух от Середней деревни верстах в левой стороне возле берега Ракольской волости погост; в нем две деревянных церкви, в одной два престола — Воскресению Христову и Михаилу Архангелу, в другой один престол — Покрову Пресвятыя Богородицы.

Отъехавши от деревни Середней двадцать-семь верст впадающею с правой стороны в Двину ручкою Сиею, в одиннадцать часов по полудни пристали к стоящему при самом устье, называющемуся по речке, Сийскому погосту. В нем две деревянных церкви, первая — Богоявлении Христову, вторая — Илии пророку и Василию Блаженному.

Обогревшись же в доме оного погоста священника Василия Алексеева, отслушавши в церквах молебен и отобедавши, на почтовых с Сийской станции шести лошадях, в половине пятого часа по полудни поехали сухим путем большою Московскою дорогою в Сийский мужеский монастырь, до которого от оного погоста десять верст, а катер с экипажем оставили в речке Сие, где по приезде к погосту пристали. По приезде в половине седьмого часа по полудни в Сийский монастырь, сперва для обогрения пристали в монашеских кельях, потом по зву тамошнего архимандрита Паисия пошли в его кельи, где, по отслушании в соборе всенощной, и ночевали.

Сей монастырь начально преподобным Антонием Сийским чудотворцем при Сие речке построен в 1520 году. На оное бывшее тогда пустое место пришел из Кейхацкой волости с пятьми только учениками; по построении ж монастыря собралось к нему монахов и Бельцов до l50, над которыми был он игумном тридцать-семь лет; и с того времени монахов бывало по сту человек и больше. Ныне ж по штату в Архангельской епархии положен второклассным. В нем в проезд мой был помянутый архимандрит Паисий, при нем четыре иеромонаха, один белый, чтущийся к пострижению священник, иеродиякона два, монаха два, чтущихся к пострижению четыре послушника, штатных монастырских служителей шестнадцать человек; на жалованье ж всем им и на содержание монастыря ежегодно из казны отпускается тысяча-пять-сот-девяносто-два рубли.

Во оном монастыре каменных четыре, деревянных три, а всех семь церквей; в них восемь престолов. Каменные: 1-я: большой настоящий собор во имя Святыя Живоначальныя Троицы; при нем придел преподобному Антонию Сийскому, которого и мощи в нем в запечатанной Петром Великим гробнице препочивают. 2-я: теплый собор во имя Благовещения Пречистыя Богородицы; при нем братская трапеза и келарская; внизу под ней со сводами погреба и кладовые. 3-я: под колокольней — трем святителям Петру, Алексию, Ионе, Московским чудотворцам. 4-я: над воротами — преподобному Сергию Радонежскому чудотворцу. Деревянные: 5-я: за монастырскою оградою — Николаю Чудотворцу; оную часто от бывающаго от двух по выше монастыря на Сие речке построенных, бывших прежде монастырских, а ныне казенных мельниц, наводнения потопляет и вредит водою пол и нижний пояс иконостаса. 6-я: за монастырем на кладбище на маленьком речки Сии островку — Успении Пресвятыя Богородицы. 7-я: в семи верстах от монастыря — Воздвижению Честного и Животворящаго Креста Господня. Прочее все внутри монастыря строение каменное, только две не малых связи братских келий почти совсем без починки развалились, а также и ограда ветха.

В настоящем холодном соборе на местных образах не мало изрядной величины каменьев драгоценных, которые, думать надобно, даны от патриарха Филарета Никитича. [Податели сих драгоценностей покрыты непроницаемым мраком. Причины тому различныя по моему примечанию. В первобытныя времена, как и ныне, черноризцы были охотники обогащать свои монастыри подаяньями богомольцев и вкладчиков. Но были ж и такие, которые сокровищьми и деньгами искали обогатить, снабдить и поддерживать прежние свои фамилии. Может быть, были и такие, что скупость и роскошь свою тем насыщали; итак, для сего предмета видно ясно, что обличительныя сии сведения не должны были оставаться гласными. К тому же известно по гистории, что иноческий чин не любит сам быть благодарным долго, полагая, что не богоугодно сие известие; ибо за то должно почитать или уважать наследников, поминать их роды, а особливо опасаться, не потребовали б наследники опять назад, что все, видно, могло обезпокоить смиренных тех отцев.

Отец Паисий Сийский архимандрит честный, безкорыстный и смиренный, кажется, монах, но кто-нибудь из его преемников, увидя, что напрасно сии каменья обветшалый иконостас украшают, употребит их либо на починку разваливающагося монастыря, или на другое что, смотря по склонности своей].

В ризнице и книгохранительнице ничего достойного любопытства и примечания нет, а только имеется одно писанное на александрийской в целый лист бумаге, неизвестным человеком, полууставом, одною рукою и пером с нарисованными Христовыми чудесами и причтами красками, Евангелие. Сказывают, что уже там за эту книгу дают 500 рублей.

Достопамятно в сем монастыре то, что патриарх Филарет Никитич еще будучи бельцом в нем жил, пострижен в монашество и во время патриаршества, по изгнании Борисом Годуновым был под Благовещенскою церковью до смерти его, Годунова, в заточении. Сие место так закрыто небрежно и неприметно, что даже монахи сумневаются, где он содержался.

2-го числа сентября во вторник, отслушавши в холодном соборе литургию и молебен, посмотревши церквей, ризницы, книгохранительницы и всего монастыря, потом у архимандрита отобедавши, в четыре часа по полудни на тех же почтовых лошадях поехали обратно в Сийский погост. По приезде ж в половине шестого часа по полудни в Сийский погост, в священниковом доме напившись чаю, поужинавши и отслуживши в Ильинской церкви молебен и взявши в рассуждении частых в Двине от наносных водою песков мелей семи человек работников, и восьмого лоцмана, выбравшись на Двину при благополучном ветре в половине десятого часа по полудни, поехали в ночь парусами. В десяти от Сийского погоста верстах проезжали в левой стороне погост Цолмохотский; в нем две деревянных церкви, одна — Рождеству Пресвятыя Богородицы, другая — великомученику Димитрию Селунскому чудотворцу. От сего погоста со обеих сторон Двины берега крутые краснаго, Белаго и синяго песку. В пятнадцати от Цолмохотского погоста верстах в левой же стороне при впающей в Двину судоходной реки Пинеги погост Пинегша; в нем две деревянных церкви: первая — Введению во храм Пречистыя Богородицы, вторая — пророку Илии.

3-го числа августа в среду. В десяти верстах от Пинегши в правой стороне погост и деревня Прилуки; в нем две деревянных церкви, одна — Сретению Господню, другая — Архангелу Михаилу и мученикам Фролу и Лавру. Крестьяне оной деревни такими ж, как и в приморских берегах, сетьми ловят семгу, только против тех мест весьма в малом числе, да и лов не долгое время бывает. Против сей деревни, за утишением ветра, стали на якорь и, разведши на берегу огонь, изготовили купленную здесь свежую семгу, за чем и простояли часа два; потом в катере отобедавши, при ясном небе и малом противном ветре, поехали бичевою. Но за усилившимся большим противным ветром и дождем и за частыми чрез реку взад и вперед от мелей переборами, отъехавши версты три, для ночлега стали на якорь.

4-го августа в четверток по утру рано, при небольшом дожде и противном ветре, снемшись с якоря, поехали бичевою, а на переборах чрез реку греблею. Отъехавши же от ночлега четыре, а от Сийского погоста сорок-две версты, для перемены бичевщиков и лоцмана в три-четверти осьмого часа по полуночи пристали к стоящей в левой стороне казенного ведомства деревне Говрогоры. В ней деревянная часовня великомученику Георгию. От оной деревни, отобедавши, за нескорым собранием четырех гребцов и пятого лоцмана, при пасмурной же дождевой погоде и противном ветре, в одиннадцать часов по полуночи поехали бичевою. В двух от оной деревни верстах в левой же стороне Говрогорской волости погост; в нем две деревянных церкви: одна — Архангелу Михаилу, другая — Рождеству Иоанна Предтечи и мученикам Фролу и Лавру. В пяти от Говрогорского погоста верстах в правой стороне погост Коскошинской; в нем две деревянных церкви: первая — Рождеству Иоанна Предтечи, вторая — апостолу и евангелисту Иоанну Богослову. В семи от Коскошинского погоста верстах в правой же стороне погост Ныконской волости; в нем две ж деревянных церкви: одна — Рождеству Христову, другая — Николаю Чудотворцу. От сего погосту левый от Холмогор берег каменный белой плиты.

Отъехавши от Говрогорской станции двадцать-шесть верст, для перемены работников и лоцмана в четверть пятого часа по полудни пристали к стоящей на правом берегу государственной деревне и почтовой станции Взвозу. А от ней с четырьмя работниками и лоцманом Никитою Карповым, при небольшом попутном ветре, в пять часов по полудни поехали в ночь парусами. От сей почтовой станции со обеих сторон реки Двины начались берега крутые, лебастровые, простирающееся вперед на пятнадцать верст. Оный изрядной доброты лебастр прежде сего отправляли даже и в чужие краи. Во оном лебастровом возле деревни берегу четыре пещеры, которые вымыло водою. Настоящее происхождение сих пещер не известно, а по пространству их некоторых внутри можно подумать, что кем-нибудь сделаны с намерением, ибо в иных вместиться могут нисколько человек. В шести от деревни и почтовой станции Взвозу верстах с правой стороны впадает в Двину речка Койнакса, на которой, сказывают обыватели, в старинные времена бывали страшные разбои, и поныне многие, приходя сюда, по наслышке, ищут разбойнической поклажи денег.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.