Деревня российского академика (Из книги Василия Пескова «У Лукоморья» 1967 год)

Село Ломоносово. 1967 год. Снимок с воздуха сделан с помощью летчиков «Аэрофлота». Командир вертолета – Валерий Гопко.

Широка страна моя…

Одна из бесчисленных деревень. Не лучше и не хуже других. В разговоре о наших просторах можно было бы рассказать о ней просто как о деревне, одной из тысячи тысяч. Но выбор наш не случайный, в этой деревне родился Михаил Васильевич Ломоносов.

Не ищите на фотографии старый дом. Время не пощадило ничего, кроме маленького пруда, вырытого его отцом. В пруду семья Ломоносовых держала к столу карасей. Вон там, у дороги, темнеет елка, как раз против нее и находится этот пруд, поросший лозинками. За прудом справа – домик-музей. Он построен как раз на том месте, где когда-то стояла изба Ломоносовых. Слева – в верхнем левом углу белеет Двина, вернее, один из многих ее рукавов, называемый тут Курополка. По реке вниз уходили когда-то на промысел зверобои. По реке мимо этой деревни не один раз проплывал Петр I. Завидев его в этом месте, соседнее село Холмогоры било в колокола и палило из пушек. И совсем недавняя история: рядом с деревней находилась площадка, с которой в 37-м году поднимались самолеты и увозили на полюс папанинцев.

Деревню называли Денисовкой. По заблуждению же многие из нас родиной Ломоносова считают село Холмогоры. Холмогоры стоят через реку, в трех километрах. Заблуждение проистекает из того, что Денисовка в древности не была известной. Холмогоры же старше Москвы и были известны по всей России как самый крупный северный город, принимавший заморские корабли, а из глубин российских встречавший корабли с медом, льном, воском, мехами и хлебом.

Для полной точности надо сказать: совсем недавно установлено – Ломоносов родился в деревне Мишанинской. Это известие взволновало и огорчило денисовцев. Но страсти улеглись, когда докопались в истории. Оказалось, деревни давным-давно слились в одну, и название «Мишанинская» перестало существовать. Не существует сегодня и названия «Денисовка». Деревня именуется Ломоносово.

В музее хранится макет старой Денисовки: несколько домиков, засыпанных снегом, дорога. По дороге с рыбным обозом ушел в Москву юноша Ломоносов. Он ни разу потом не был в родной деревне. И вернулся сюда недавно бронзовым памятником. Скульптору удалась фигура мужика, ставшего первым академиком России. Бронзовый Ломоносов сидит на камне перед входом в деревенскую школу. В его времена школы в Денисовке не было. И четыре недели надо было идти пешком до Москвы. Сегодня, кончая школу, деревенский парень может в тот же день оказаться в Москве. Всего три часа самолетом…

Ломоносов… При этом слове мы сразу же вспоминаем человека в белом завитом парике, румяного и полнолицего. Мы так привыкли к этому образу, что иного Ломоносова не представляем. А ведь был и без парика Ломоносов. В маленьком деревенском музее дольше всего стоишь именно перед этим портретом Ломоносова без парика. Большелобый лысеющий человек. В этом лице легче разглядеть русского парня, выраставшего на краю деревянной России. Деревянные избы. Деревянные прялки, посуда, лодки. Рыбацкие сети, светец для лучины… В окошко музея видны берег реки, поросший красным ивовым хворостом, оттаявший косогор и посиневший лед на реке. И не так уж много надо воображения, чтобы представить себе идущего с веслом парня по имени Михайло… И, конечно, вот этот Ломоносов без парика писал о начале своей дороги в Москве: «Несказанная бедность… В день на денежку хлеба и на денежку квасу… Школьники, малые ребята, кричат и перстами указывают: «Смотрите-де, какой болван, лет в двадцать пришел латыни учиться».

Так начинался первый наш академик. В деревенском музее любовно собраны свидетельства всех деяний великого земляка. Сегодня даже просто перечислить все сделанное великим человеком представляет немалую трудность. Он был первым нашим поэтом и первым физиком. Он был великим знатоком российского языка, в основе нынешней нашей грамматики лежит «Грамматика» Ломоносова. Он был химиком, астрономом, механиком и художником. Ему принадлежат большие труды по здравоохранению, географии, минералогии, картографии и философии. Книга Ломоносова «Древняя российская история» была первым печатным трудом по русской истории и первым учебником. Он первый указал на возможность пройти на Восток северными морями. Во время наблюдения за Венерой он предположил существование на ней атмосферы… Если искать сравнения, то место «архангельскому мужику» – в ряду титанов эпохи Возрождения. Тот же неукротимый характер и страсть к познанию, та же разносторонность, та же ученость.

Есть у Ломоносова еще три достоинства, особенно близкие сердцу русского человека. Ломоносов был верным и преданным сыном России. И был он высоким гражданином Отечества. «Умел за себя постоять и не дорожить покровительством своих меценатов, ни своим благосостоянием, когда дело шло о его чести или о торжестве его любимых идей. Послушайте, как пишет он… Шувалову, председателю муз, высокому своему патрону, который вздумал было над ним шутить: «Я, ваше высокопревосходительство, не только у вельмож, но ниже у господа моего бога, дураком быть не хочу». Эти строчки мы находим у Пушкина, который высоко чтил Ломоносова и которому, кстати, принадлежит крылатое слово: «Он был первым нашим университетом».

И особая наша гордость: «Университет» начинался в мужицкой избе. Наукой давно взвешена значимость свершенного Ломоносовым. Не каждый из нас посвящен в подробности его трудов. Но каждому со школьных уроков известен великий путь от деревенской избы к высотам науки, поэзии и гражданственности. Во все времена выбирая дороги, люди оглядываются, ищут примера. Большое дело – оглянувшись, увидеть фигуру великого россиянина.

В нынешней деревне на берегу Курополки напрасно искать следы времен Ломоносова. Может быть, только старая кирпичная церковь и древняя вода в пруду помнят, каким вырастал сын у зверобоя и рыболова Василия Ломоносова. Деревня совсем не похожа на пять занесенных снегами домиков, которые видишь в музее. Над домами, как и везде, – антенны телевизоров. Раскисшую от весеннего солнца дорогу то и дело приходится уступать то трактору «Беларусь», то «газику». Девчонку, как в городе, увидишь в узких «брючатах». Каких-нибудь старых обычаев я не заметил. И только если идти не спеша по скрипящему деревянному тротуарчику по улице вдоль реки, замечаешь лодки на берегу, рубленые закоптелые баньки, поленницы наколотых дров, плетенные из хвороста рыболовные снасти, резные наличники, предполагаешь: таким это могло быть и при нем.

В деревне сейчас сто четыре двора. Девяносто жилых домов. Остальное: почта, маслозавод, интернат, библиотека, столовая, магазин, фабрика.

Я зашел на фабрику. Обычный, чуть выше остальных дом. Жужжат «бормашины». Десятка два людей резали из кости фигурки зверей, шкатулки, корабли. Славное и очень древнее деревенское ремесло. В России сохранились, кажется, только две такие мастерские. В Тобольске и тут, в Ломоносове. Маленькая справка о ломоносовских косторезах. Тут начинал свой путь знаменитый российский скульптор Федот Шубин. Изделиями косторезов гордятся многие большие музеи. На днях в Монреаль отправлена большая партия новых работ. Изящные изделия имеют хороший спрос, но славному промыслу, кажется, грозит оскудение – моржовой кости почти не стало, бивни мамонта попадаются редко, приходится покупать слоновую кость за границей, а это не то же самое, что иметь свое сырье под рукой. А было бы жалко утерять идущее из веков мастерство…

В мастерской работает примерно треть взрослых жителей Ломоносова. Остальные – в колхозе. Знаменитая порода коров «холмогорка» выведена в этих местах. Я спросил у председателя, как доятся «холмогорки» на своей родине. Оказалось: порода породой, а молоко все-таки у коровы на языке. Колхоз в здешних местах именуется средним, хотя его покупкам последних лет можно и позавидовать: четырнадцать тракторов, пять автомобилей, три комбайна…

Главная забота у председателя – люди.

– После окончания школы все норовят в город. Есть пример – Ломоносов, попробуй держать, – улыбается председатель. – Есть кандидаты наук, преподаватели, медики…

Трудная задача у председателя. С одной стороны, и похвалиться не грех: вот, мол, наши куда пошли… А с другой стороны – хозяйство. Благополучие деревни зависит от тех, кто мимо памятника ходит сегодня в школу…

А есть ли сегодня в деревне фамилия Ломоносов? Оказалось, нет. И не было с тех пор, как ушел в Москву Михаил и умер его отец Василий Дорофеевич. А чтят ли память? Чтят. Колхоз называется именем Ломоносова, школа имени Ломоносова. Портрет земляка в белом завитом парике висит в правлении рядом с портретом Ленина. Мальчишки, с которыми я познакомился около школы, очень толково и не без гордости рассказали гостю о земляке.

Где-то в какой-то российской деревне растет сегодня пока еще неведомый никому Ломоносов.

Потомок Ломоносова Лопаткин Дмитрий Михайлович. Самое дорогое, что осталось у старика, – медаль с изображением предка.

Подсчитано: в разных местах живет более сотни дальних родственников Ломоносова. В самой деревне живет только один из них: Лопатин Дмитрий Михайлович. Мне о нем рассказали еще в Архангельске: «Обязательно попроси показать медаль, она у него всегда в кармане». Старику без года девяносто. Белобородый. Моргает слезящимися глазами и сразу же после двух слов знакомства лезет в карман.

– Медаль, дедушка?

– Медаль! – радостно сообщает старик. – Я родня ему…

Старик долго служил почтальоном. В 61-м году, когда справляли юбилей Ломоносова, ему определили пенсию и в связи с родством подарили юбилейную медаль с изображением предка. Медаль, кажется, продлила старику жизнь. Счастлив. С удовольствием сидит в президиумах, ходит на пионерские сборы…

Я уезжал из деревни по весенней распутице. В этом году необычно рано пришла весна на Двину. На ветках сидели скворцы. На проталине молодые земляки Ломоносова гоняли футбольный мяч. Я сделал порядочно снимков в деревне. Уже в редакции разложив их, выбрал вот этот. Над рекой возле лодок стоит мальчишка. Стоит и глядит туда, где с горизонтом сливаются красные прибрежные ивняки. Я подумал: может быть, вот так же и даже на этом месте стоял и Михаил Ломоносов. И подумал еще: сколько у нас деревень и сколько растет мальчишек. И среди мальчишек есть где-то, растет пока еще неведомый никому Ломоносов.

Фото автора. 6 апреля 1967 г.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

десять − восемь =